Журналисты Onliner отправились на Комаровку поговорить со старожилами рынка о том, как со временем менялись цены и покупатели хорошо известного всем белорусам места.
«Никогда не думала, что всерьез этим займусь»
73-летняя Валентина Михайловна встречает посетителей прямо у входа на рынок — у нее столик с вязаными варежками и носками. Вязать начала на пенсии.
— Зарплата у меня была хорошая, удавалось откладывать, за будущее не переживала. Да и пенсия сейчас неплохая — 770 рублей выходит. Но надо было помогать детям внуков растить: одному что-то подарить, второму помочь. Вот я и пришла на Комаровку лет десять назад, дополнительная копейка не помешает. Вообще, вязанию научилась еще в детстве от мамы. Когда пошли внуки, стала делать пинетки и детские шапочки — и пошло-поехало. Никогда не думала, что всерьез этим займусь, — рассказывает женщина, у которой семь внуков и два правнука.
По ее словам, торговля — тяжелый физический труд. Раньше дочка с внучкой помогали Валентине Михайловне рисовать узоры на компьютере, но сейчас за сложные рисунки уже не берутся.
— Носочки побольше отдаю за 12 рублей, маленькие для детей — 5 рублей. А вот эти, высокие — по 17 рублей примерно. Все зависит от стоимости пряжи. Конечно, могу сделать скидку, со мной можно торговаться. Смотришь на человека, бывает, сам из себя, весь в кольцах, а торговаться будет за 50 копеек. Тогда я не иду навстречу, это как-то неприятно. А если видно, что человеку нужен этот рубль, — да ради бога, — считает женщина.
По ее словам, при везении за неделю можно заработать 100 рублей. Также Валентина Михайловна заметила, что 10 лет назад вязаные вещи были более востребованы, а сегодня за носками и варежками приходят в основном люди 35−40 лет и пожилого возраста.
«Корзинки часто ассоциируются у людей с деревней»
Юрий Викентьевич торгует на рынке с 2010 года. Мужчина мастерит корзинки из лозы. Он еще не на пенсии, но лозоплетение из хобби переросло в основную деятельность.
— Я все люблю делать руками, это тонкая ювелирная работа. Сейчас занимаюсь только ремесленничеством, времени в сутках не хватает на все: и заготавливать лозу, и плести, и продавать. Помощников у меня нет, у детей свои интересы, — рассказывает мужчина.
Он признается, что, когда лоза готова («для начала нужно сходить в лес и собрать материал, заготовить»), то сам процесс плетения занимает немного времени: «Я делаю это быстро, час — и корзинка среднего размера готова. Детскую вообще за полчаса могу сплести».
За детскую корзинку Юрий Викентьевич просит 5 рублей, за остальные — от 20 до 60 в зависимости от сложности плетения и размера.
— Проблема в том, что корзинки часто ассоциируются у людей с деревней, когда все бабушки их плели. Люди не хотят много за них платить. А что такое сегодня 5 рублей? В советское время я мог целый вечер в ресторане за них просидеть, а сегодня куплю чашку кофе, да и то не везде. Хорошо, что у молодых людей сейчас в тренде экологичность, и они часто приходят за корзинками, покупают в подарок, — отмечает мужчина.
По его словам, день на день не приходится: «можно ничего не продать, а можно уйти с хорошей выручкой».
«Детям нужна поддержка»
Людмила Ивановна впервые приехала торговать на рынок еще в 1975 году, когда он был деревянным.
— Я окончила техникум по специальности «Банковское дело». Потом вышла замуж в деревню Пинского района, а там банкиры не нужны. Работала заведующей магазином, муж — учителем, по выходным садились на «Жигули» и ехали торговать в Минск. Нам было еще до тридцати, молодые. С той поры как-то все и повелось год за годом, — говорит женщина.
Она начинала с мужем продавать только огурцы, а затем в дело пошли помидоры, чеснок, укроп, лук-порей.
Людмила Ивановна считает, что со временем конкуренция на рынке стала жесткая. Все лучшие места заняты предпринимателями, а производителям каждый раз нужно искать новое. Аренда места в день беседы с журналистами обошлась в 14 рублей.
— Мы приезжаем раз в неделю, начиная с июля и так до конца октября. Садимся на поезд, груз едет отдельно, по-разному бывает. Пенсии нам хватает — к счастью, мы заработали себе хорошую пенсию. А вот детям нужна поддержка, внуков четверо, правнуки уже на подходе, — делится женщина.
По ее словам, за день можно выручить 100 рублей, но из этой суммы надо вычесть стоимость семян, удобрений: «Это не бизнес, просто мы старое поколение, любим работать, втянулись. Это уже стиль жизни».
Людмила Ивановна признается, что раньше торговать было проще: «Не было супермаркетов, люди за овощами приходили на рынок. Сейчас молодежь и люди при деньгах здесь не бывают. Ценники выставляем низкие. Сначала ориентируемся по рынку, а потом снижаем, чтобы все раскупили».