Директор гражданской инициативы «Наш дом» Ольга Карач намерена оставаться в Литве несмотря ни на что. Альтернативой она видит только свою депортацию в Беларусь. Об этом активистка заявила во время пресс-конференции, которая прошла 22 августа в Вильнюсе. Рассказываем, о чем там шла речь.
Что произошло
18 августа Ольга Карач заявила, что Департамент госбезопасности Литвы признал ее угрозой для государственной безопасности страны. Причина, по ее словам, в том, что она брала интервью у основателя ЛДПР Владимира Жириновского, а также участвовала в конференциях в России, в том числе организованных Еврокомиссией.
В комментарии «Зеркалу» Ольга также заявляла, что, по ее мнению, такое решение литовских властей связано с действиями организации «Наш дом», которая помогла белорусам в подобной ситуации выиграть несколько судов.
При этом литовское издание BNS со ссылкой на имеющийся в редакции документ сообщало, что департамент госбезопасности (ДГБ) Литвы подозревает Ольгу Карач в сотрудничестве с российской разведкой. По данным BNS, в документе указано, что Карач посещала Россию в 2015—2019 годах, где встречалась с представителями российской разведки, поддерживала с ними контакт посредством «обезличенных средств связи» и передала «подготовленные ею документы лицам, связанным с российской разведкой, предоставила информацию о представителях белорусского режима и оппозиции и их деятельности».
Также 20 августа в ДГБ заявили, что причины, по которым Карач представляет угрозу безопасности государства, не те, о которых она рассказывает. Настоящие основания для решения в ведомстве не раскрыли, сославшись на то, что это не является публичной информацией.
Что на обвинения ответила Ольга Карач
— Я полностью не согласна со всеми аргументами Департамента госбезопасности, — заявила Карач в начале конференции. При этом причины, указанные в решении о признании ее угрозой безопасности Литвы, Ольга называть отказалась.
— Эта информация конфиденциальная, — прокомментировал ее адвокат Рутис Саткаускас.
Свои слова об интервью с Жириновским активистка назвала «слишком эмоциональным решением», объяснив, что сейчас не хочет делать ничего, что может быть расценено как давление на судью.
— Я не хочу рисковать проиграть суд только ради того, чтобы победить в глазах общественного мнения, — заявила она.
Что касается участия в конференциях, то Карач рассказала, что речь идет о мероприятии в московской Высшей школе экономики в 2015 году. При этом отметила, что с пригласившим ее доцентом ВШЭ Андреем Суздальцевым виделась несколько раз во время мероприятия и больше не пересекалась.
— У меня теперь есть две опции: или я остаюсь тут, или верните меня в Беларусь. Я люблю Литву, я прожила здесь десять лет, — заявила Карач в ответ на вопрос о том, что планирует делать дальше.
При этом нынешний вид на жительство Ольги не был аннулирован, но, по мнению ее адвоката Рутиса Саткаускаса, это вопрос времени, так как «это то, что происходит с гражданами Беларуси, который признают угрозой национальной безопасности Литвы».
— Я был удивлен решением [Департамента госбезопасности], — прокомментировал он ситуацию. — Основываясь на стране рождения Ольги, ее активности, том, что она в списке террористов, а ее организация признана экстремистской. <…> Это решение незаконно. Ольга покинула страну рождения, потому что там решения незаконны. Я верю, что у нас есть возможность изменить это решение. У нас есть неделя, чтобы обжаловать его.
На вопрос журналистов о том, почему при наличии вида на жительство она решила подаваться на международную защиту, Карач заявила, что причиной стали опасения из-за списка террористов в Беларуси. Она попала в этот список в сентябре 2021 года. Хотя за защитой она обратилась только в сентябре 2022-го.
— Меня признали террористкой, и я поняла, что ситуация опасна <…>, — отметила Карач. — Белорусские власти могут сообщить в Интерпол, что я в списке террористов, и может начаться депортация, так как у меня нет международной защиты.
Кроме того, как заявила Карач, таким образом она надеялась решить вопрос с аннулированным паспортом (хотя об этом стало известно в декабре 2022 года, на несколько месяцев позже ее просьбы о защите). Журналисты уточнили, с каким документом активистка живет сейчас. Ольга сослалась на действующий вид на жительство.
— Как вы видите, есть люди, которые открыто работают на режим (это можно проверить по открытым источникам), и не признаны угрозой, — заявила она. — Если вы думаете, что я на той стороне, на которой Алена Красовская и Артур Гайко (пропагандистка «СБ. Беларусь сегодня» и сотрудник ГУБОПиК, работавший в «Черной книге Беларуси». — Прим. ред.), пожалуйста, депортируйте меня в Беларусь, и вы увидите, что случится. <…> Я очень зла, я не отступлюсь, я отстою свое имя, я знаю, что не агент России или Беларуси и не передавала никому информацию.
